Реклама
Архив - Март 1917

16 марта 1917 года

Николай II
под арестом.

Как у нас уже сообщалось, исполнительный комитет совета рабочих и солдатских депутатов отправил 9-го марта в Царское Село специальную делегацию для выяснения условий содержания бывшего царя и для принятия необходимых мер предупреждения побега его за границу.
Делегатами были член совета союза офицеров-республиканцев, комиссар исполнительного комитета при временном правительстве Масловский и подпоручик Тарас Родионов с небольшой воинской командой.
Сегодня исполнительный комитет опубликовал результаты поездки этой делегации.
В Царском Селе комиссар оставил вооруженную команду на вокзале, а сам, в сопровождении подпоручика Родионова, после переговоров с комендантом Царского Села и начальником местного гарнизона, отправился в Александровский дворец, где содержится Николай II.
На основании чрезвычайных полномочий, данных исполнительным комитетом, комиссара и его спутника впустили в караульные помещения внутри дворца, где подпоручик Родионов остался в комнате дежурного офицера, а комиссар, вместе с начальником караула и комендантом дворца, отправился дальше, чтобы лично убедиться в надежности охраны.
Весь Александровский дворец, все его многочисленные отдельные флигели и здания, равно как и парк, охраняются сильными караулами, которые стерегу все входы и выходы никого не пропуская.
Придворная прислуга, повара, лакеи тоже находятся в положении арестованных. Внутри помещений оти имеют право свободного прохода из одной комнаты в другую и, таким образом, могут исполнять свои прежние обязанности.
Николай II содержится во дворце изолированно и не имеет непосредственного сношения с другими членами своей семьи. Для него отведена часть дворца,—вернее, отдельное крыло с анфиладой комнат,—и в пределах этого помещения Николаю II дана полная свобода.
При нем находятся: Бенкендорф, Долгорукий, Нарышкин и Мордвинов. К их услугам имеются лакеи разных рангов, скороходы и арапы: словом, этот уголок дворца сохранил полностью свою дореволюционную физиономию.
По требованию комиссара Масловского, Николай II был ему предъявлен.
По словам делегата, бывший монарх имеет усталый, хотя и бодрящий вид: лицо опухшее, взгляд тяжелый, исподлобья; видимо он стеснен своим новым положением.
Что касается свитских, то они, в своих расшитых золотом куртках, старались видом своим показать, что попрежнему служат «императору».

1917-N60-s1

Газета Русское Слово, № 60, Четверг, 16-го (29-го) марта 1917 г.

15 марта 1917 года

Петроград.
Ведомство принца Ольденбургского.
В ближайшее время предполагается ликвидировать деятельность верховного управления санитарной и эвакуационной части, во главе которого стоял принц Ольденбургский.
Мария Федоровна и Александр Михайлович.
На-днях в Петроград прибывают Мария Федоровна и Александр Михайлович.
Назначение проф. М. В. Бернацкого.
Управляющим вновь учрежденного при министерстве торговли отдела труда назначен проф. М. В. Бернацкий.
Похороны жертв революции.
Окончательно выяснилось, что похороны жертв революции состоятся 17-го марта на Марсовом поле.
Венки возлагаться не будут.
Могила подготовляется и имеет вид четырехугольника, посередине которого предполагается установить памятник павшим.

Москва.
Крестьяне у командующего войсками.
Вчера в Москву приехала и представилась командующему войсками депутация от крестьян. Депутаты передали командующему войсками следующий адрес:
«Г. Грузинову, командующему московским военным округом.
В восторге сбросив старое правительстве, приносим верноподданнические чувства новому правительству. 11-го марта крестьяне с. Савина, Васильевской волости, Богородского уезда Московской губернии, решили, не жалея своих сил, всемерно помогать дорогой родине и победоносной армии для сокрушения ярого врага немца. Посылаем благословение сынам, мужьям и братьям в окопы и уверяем их, что мы не оставим их посильными жертвами. А посему и просим вам принять на нужды верных и храбрых наших воинов денег 100 рублей, картофелю 28 мешков и от нашего крестьянина Герасима Волкова десять пар мужских яловочных сапог».
Адрес подписал сельский староста М. Котов.

1917-N59-s1

Газета Русское Слово, № 59, Среда, 15-го (28-го) марта 1917 г., 4 страницы

14 марта 1917 года

Рассказ герцога Лейхтенбергского.
Герцог Лейхтенбергский, который нес обязанности флаг-адъютанта в исторические дни переворота, был свидетелем всего происходившего как в ставке верховного главнокомандующего, так и в Пскове в момент отречения Николая II от престола. Герцог Лейхтенбергский говорит:
— Для меня с первых дней революции было все ясно. Я чувствовал, что без тяжелых последствий для династии возникшие событие не пройдут. Когда в ставке были получены первые смутные сведения о возникших в столице беспорядках, свита царя считала, что это—мелкий прискорбный факт, что опасности нет, и что посылкой карательной экспедиции с фронта можно будет столицу утихомирить. На царских завтраках и обедах, на которых я всегда присутствовал, никакие меры для подавления беспорядков не вырабатывались. Среди лиц свиты высказывались лишь соображения, что для Петрограда нужно назначение диктатора, в распоряжение которого должен быть отпущен воинский отряд. С этим моментом связана поездка ген. Иванова в Петроград, как известно, окончившаяся полной неудачей. Уже в пути стало известно, что георгиевский батальон, который ген. Иванов вез с собой, стрелять в народ не будет.
Дальнейшие события, по словам герцога Лейхтенбергского, шли с такой лихорадочной быстротой, что принять определенную линию действий не представлялось возможным. Проектировалось лишь осуществить одно мероприятие: послать в Петроград ген. Брусилова, как популярного среди армии генерала, и дать ему возможность от имени Николая II объявить о назначении правительства общественного доверия.
— Был момент,—говорит герцог Лейхтенбергский,—когда в ставке предполагали, что все в Петрограде успокоилось.
Фразы от Воейкова, что надо открыть минский фронт, и тогда с революцией будет покончено, я не слыхал. Мне кажется, что фраза была такая:
«Революцию можно подавить только силой оружия, но для этого нужны войска. Но откуда их взять? С северного фронта? Тогда придется открыть его».
Эта мысль, естественно, отпала. Я считаю,—и лица свиты со мною согласны,—что если бы Николай II все время находился в Могилеве, возможен был бы другой исход, так как тогда имелась бы возможность сговорится с комитетом Государственной Думы. Между тем, будучи в пути, Николай II не имел возможность сноситься регулярно с Государственной Думой.
На вопрос, зачем понадобилось Николаю II из ставки ехать в Псков, герцог Лейхтенбергский ответил:
— Очевидно, царь имел в виду выяснить настроение фронта. Кроме того, Николай II. предполагал, что через Псков удастся ему проехать в Лугу, а затем оттуда в Царское Село. На деле же оказалось обратное. Уже с первых слов ген. Рузского было ясно, что вся игра проиграна. Когда мы приехали в Псков, и Рузский явился с докладом, он был чрезвычайно взволнован, говорил повышенным тоном и заявил:
— Вся политика последних лет—тяжкий сон, тяжкий грех. Это—сплошное недоразумение. Гнев народный этого не простит.
Рузский называл даже имена Щегловитова, Сухомлинова, Протопопова и других. Он намекал на отдельных лиц свиты, игравших самую отрицательную роль.
Когда Рузский вышел в кабинет к Николаю II, я заметил Воейкову: «Очевидно,—сказал я,—генерал Рузский имел в виду и вас». Воейков ответил: «Я никакого влияния на царя не имел и в назначениях министров участия не принимал».
Затем, уже после того, как Николай II подписал акт отречения, за завтраком он спросил меня:
— Объясните мне, герцог, отчего так все не любят Воейкова?
Я ответил незнанием:
— Очевидно, в здешних местах существует уверенность, что Воейков играет какую-то роль при дворе и имеет влияние на внутреннюю политику.
Николай II возразил, что он не помнит ни одного слова, когда бы Воейков хлопотал о назначении того или иного лица на ответственный государственный пост.
На вопрос, как согласовать все это с фактическим положением вещей, и упрямством или непониманием Николаем II народных желаний, герцог Лейхтенбергский ответил:
— Я полагаю, что все это объясняется безволием и слабохарактерностью. Это был человек, опутанный со всех сторон неудачными советниками, преступными людьми, которые пользовались его именем, чиня бесправие и произвол в стране в своих корыстных целях. Роковую роль в этой страшной для него трагедии, конечно, сыграла его супруга, Александра Федоровна, которая всем говорила, что народ ее любит, и что ею он дорожит. Близкие лица ее спрашивали, откуда она знает, что народ ее любит. На это она отвечала: «Вот тысячи писем которые я получила от солдат. Разве это не говорит о народной любви?». Но ни для кого не секрет, что все эти письма фабриковались прислужниками Александры Федоровны. На этой почве и возникли и распутиновщина, и протопоповщина, и мануйловщина. Теперь, конечно, все проиграли.
О настроении в стране бывший царь судил по докладным министров и главноуправляющих. Газет Николай II не переваривал. Он никогда не брал в руки ни одной газеты, изредка только его можно было видеть за чтением «Русского Инвалида».
Последние слова Николая II, сказанные мне в поезде перед отъездом во дворец, уже в момент ареста, были следующими:
«Прошу вас, герцог, слушаться и подчинятся военному правительству. Это единственное мое указание и просьба».

1917-N58-s1

Газета Русское Слово, № 58, Вторник, 14-го (27-го) марта 1917 г., 4 страницы

11 марта 1917 года

В России.
Освобожденные борцы.
МИНУСИНСК, 9, III. Городской комитет общественной безопасности постановил открыть подписку на приобретение дома, где жила «бабушка русской революции» Е. К. Брешко-Брешковская.
В доме будет открыта школа для беднейших детей, о которых так много заботилась «бабушка».
В одной комнате будет устроен музей «бабушки».
В гиблых местах.
ЯКУТСК, 9, III. Обновление прошло спокойно, благодаря томящемуся здесь в ссылке депутату с.-д. Г. И. Петровскому и политическим ссыльным, организовавшим 3-го марта комитет общественной безопасности.
4-го марта городская дума передала полномочия комитету. Временно управляющим областью избран депутат Ветровский.
Начинаются приготовления к выборам в народную городскую думу и в учредительное собрание.
Митинги духовенства.
ЕКАТЕРИНОСЛАВ, 9, III. Собрание екатеринославского духовенства привлекло свыше 500 человек. Явился без приглашения реакционный епископ Агапит и подчеркнул свои симпатии к совершившемуся перевороту.
Восторженно отнеслось духовенство к программной речи протоиерея Кречетовича, выставившего демократические лозунги, единогласно принятые.
Постановлено избрать комиссию и объединить все духовенство губернии для защиты и отстаивания демократической программы. Для этой цели постановлено собрать губернский съезд духовенства.
Охранки.
ТАМБОВ, 10, III.
По распоряжению губернского комиссара, арестованы и посажены в тюрьму начальник местного жандармского управления генерал-майор Волков и его помощник подполковник Вечеслов.
В отобранных у них делах обнаружены свежевырезанные страницы. Ими уничтожен список секретных сотрудников.
КАЗАНЬ, 9, III. 8-го марта арестованы жандармский подполковник Прогнаевский и ротмистр Кирсанов, поджегшие архив охранки, в числе дел которой найдено дело о губернаторе Боярском.
Несдавшийся пристав.
ПЕТРОГРАД, 10, III. Сегодня временным правительством получена телеграмма из с. Авдеевки, Екатеринославской губ., о том, что становой пристав села, имеющий в своем распоряжении пять пулеметов и большое количество стражников, терроризирует жителей. Заодно со становым приставом действует и старшина Колесов, угрожая сельчанам расстрелом.
Местный священник захотел прочитать прихожанам акт об отречении царя и рассказать о происшедших событиях, но явившийся с вооруженной страже пристав разогнал из храма всех собравшихся крестьян.
Сегодня по телеграфу отдано распоряжение об обезоружении этого пристава и стражников и о передаче их в руки общественных властей.

1917-N56-s1

Газета Русское Слово, № 56, Суббота, 11-го (24-го) марта 1917 г., 4 страницы

10 марта 1917 года

АРЕСТ НИКОЛАЯ II.
В 11 ч. 30 м. 9-го марта Николай II доставлен в Царское Село.
8-го марта, в 4 часа 50 минут дня, в Могилеве арестован бывший император всероссийский Николай II.
Лишение свободы бывшего царя произошло при следующих обстоятельствах:
7-го марта в дневном заседании совета министров, после непродолжительных прений, было постановлено отрекшегося от престола Николая II и его супругу лишить свободы.
Выполнение этого постановления в отношении Александры Федоровны было поручено командующему войсками петроградского военного округа генералу Корнилову.
Арест Николая II, по соглашению временного правительства с исполнительным комитетом Государственной Думы, был возложен на четырех комиссаров: А. А. Бубликова, С. Ф. Грибунина, В. М. Вершинина и С. А. Калинина.
В ПУТИ.
Получив соответствующий документ от исполнительного комитета Государственной Думы, комиссары в 5 часов дня отправились в здание министерства внутренних дел, где в это время происходило заседание временного правительства. Здесь князь Г. Е. Львов вручил А. А. Бубликову приказ о лишении бывших царя и царицы свободы.
В 11 часов вечера 7-го марта с экстренным поездом, в составе двух вагонов (салон-вагона и вагона 2-го класса), с Царскосельского вокзала отбыли комиссары в ставку. Поезд шел без всякой охраны.
Первая остановка была в Витебске в 11 часов утра 8-го марта. Комиссаров встретил на перроне начальник Риго-Орловской дороги Генрихсен, приветствовавший членов Думы от имени собравшихся железнодорожных служащих. О миссии комиссаров и Генрихсен, и сопровождавщие его лица, очевидно , были осведомлены. Под бурные клики «ура» в 11 часов 30 мин. утра отбыли дальше.
В час 10 мин. пополудни—вторая остановка в Орше. Собравшаяся на вокзале большая толпа шумно приветствовала комиссаров. Вершинин и Бубликов отвечали. В час 20 мин. поехали дальше.
ПРИЕЗД В СТАВКУ.
В 3 часа дня поезд тих подошел к станции «Могилев». На вокзале комиссаров приветствовали высшие служащие, с товарищем министра путей сообщения на фронте генералом Кисляковым во главе, и многочисленная публика. После кратких приветственных речей Грибунина и Бубликова комиссары при кликах «ура» в автомобиле отправились в штаб верховного главнокомандующего.
У ГЕНЕРАЛА АЛЕКСЕЕВА.
Беседа комиссаров Думы с начальником штаба верховного главнокомандующего была непродолжительной. Бубликов вручил начальнику штаба подписанный временным правительством приказ о лишении свободы Николая II.
Генерал Алексеев молча пробежал бумагу, медленно сложил ее и спрятал в карман. Было ясно, что начальник штаба осведомлен  заранее о миссии четырех членов Государственной Думы.
— Господа,—заявил начальник штаба,—поезд уже готов к отправлению, все ждут ваших распоряжений, чтобы двинуться в путь.
Беседа закончена. Комиссары попрощались с генералом Алексеевым и в автомобиле двинулись назад на вокзал.
ПОЕЗД БЫВШЕГО ЦАРЯ.
К моменту возвращения комиссаров поезд бывшего царя, в составе 10-ти вагонов, был уже сформирован. На запасном пути, рядом с ним, стоял поезд вдовствующей императрицы Марии Федоровны. По распоряжению комиссаров, был представлен точный список лиц, сопровождавших Николая II. Список имел 47 имен, с лиц свиты до прислуги включительно. Комиссары вычеркнули только одно имя—флаг-капитана адмирала Нилова. Последнему в категорической форме было предложено оставить поезд.
Адмирал Нилов, вытяну руки по швам, ответил:
— Слушаюсь.
Флаг-капитан интересовался, должен ли он считать себя арестованным и имеет ли право в другом поезде ехать в Царское Село и в Петроград.
— Никаких распоряжений на ваш счет нами не получено,—последовал ответ комиссаров.—Вы можете ехать куда угодно и как угодно, только не в царском поезде.
— Слушаюсь,—ответил адмирал, повернулся по-военному на каблуках и удалился.
За несколько минут до отхода поезда прибыл генерал-адъютант Алексеев. После кратких переговоров с комиссарами начальник штаба прошел в поезд Марии Федоровны, где в это время царь завтракал с матерью, и сообщил ему, что все готово к отбытию в Царское Село.
Николай II попрощался с матерью и вышел на перрон.
Часы показывали 4 часа 35 мин. дня.
ОТЪЕЗД В ЦАРСКОЕ СЕЛО.
К этому моменту на перрон собрались некоторые начальствующие лица и много публики.
Бывший император—в форме собственного конвой. При гробовом молчании собравшихся он, держа одну руку под-козырек и нервно покручивая усы другой, твердым шагом направился к своему вагону.
Стоявший в толпе флаг-капитан Нилов подбежал к царю, схватил его руку, поцеловал, всхлипнул и медленно побрел назад.
Николай II быстро вошел в вагон и захлопнул дверь.
Комиссары Бубликов и Вершинин, все время присутствовавшие у входа в вагон, в последний раз пожали руку генералу Алексееву.
Все было готово. Без всяких звонков, без свистка, по одному движению руки коменданта, поезд в 4 часа 50 мин. медленно отошел.
Ни звука приветствия, но не было и враждебных возгласов. У окна вагона вдовствующей императрицы стояла небольшого роста женщина и печально глядела вслед удаляющемуся поезду.
То была мать Николая II.
Когда вагон, в котором находились комиссары, поравнялся с толпившейся на дебаркадере толпой, публика приветствовала представителей народа.
Комиссарам Думы предложено было сначала поместится в вагоне свиты, но они отказались и приказали прицепить свой вагон в хвост царского поезда.
Николай II из лиц свиты сопровождали генерал-майор кн. Долгоруков, генерал-майор Нарышкин, флигель-адъютант полковник Лейхтенберг, флигель-адъютант полковник Мордвинов и лейб-хирург профессор Федоров.
В ПУТИ.
Царский поезд не имел никакой охраны. В распоряжение комиссаров Думы генералом Алексеевым были командированы только 10 солдат, под начальством унтер-офицера железнодорожного батальона.
На первой же остановке начальник конвоя был приглашен комиссарами. Ему были даны инструкции, объяснены смысл и значение происходящего, и сообщены маршрут и конечная цель поездки. Все распоряжения об остановках в пути, о перемене маршрута и т. п. исходили исключительно от комиссаров. Без них не посылалась ни одна телеграмма. Им же доставлялись все депеши, получавшиеся в пути. Комиссары все время сносились по телеграфу с председателем исполнительного комитета М. В. Родзянко.
Наступила ночь. Весь поезд погрузился в мрак. Только в вагоне Николая II и в вагоне комиссаров виднелся свет.
Утром 9-го марта на станции «Сущека» к комиссарам явился кн. Долгорукий и просил разрешения сообщить по телеграфу в Царское Село о том, чтобы к назначенному времени были присланы автомобили и экипажи для бывшего царя и его свиты. Просьба эта со стороны комиссаров возражений не встретила.
Между прочим, в пути к членам Думы являлись депутации с денежными пожертвованиями в пользу революции. Являлись делегаты от поездного состава, от кухонной прислуги и от дворцовой полиции:
— Так же честно, как мы служили старому порядку, мы будем служить новому правительству,—заявили делегаты от дворцовой полиции, вручая комиссарам деньги.
Со станции «Сервино» по телефону было дано знать начальнику царскосельского гарнизона о времени прибытия поезда, и предложено явиться на вокзал для встречи комиссаров.
ПРИБЫТИЕ В ЦАРСКОЕ СЕЛО.
В 11 час. 30 мин. утра 9-го марта поезд подошел к царскому павильону. Здесь уже собрались начальник царскосельского гарнизона, комендант города, комендант станции и другие начальствующие лица, несколько солдат и публика.
Из близких Николаю II лиц на вокзале не было никого.
Бывший император вышел из вагона и быстро прошел в павильон. Здесь с ним прощалась дворцовая прислуга; все подходили к нему и целовали в плечо. Некоторые плакали.
Миссия комиссаров была закончена.
Сдав бывшего царя начальствующим лицам, получившим уже все инструкции, члены Думы по соединительной ветке отбыли в Петроград.
Николай II из павильона прошел с ближайшими лицами свиты к автомобилю. Остальные лица свиты разместились в экипажах и в других автомобилях.
Кортеж двинулся к дворцу.
В ЦАРСКОМ СЕЛЕ.
До 10 часов в Царском Селе не было точно известно, когда именно прибудет поезд, и к какой платформе. Лишь в 10½ часов комендант вокзала получил телефонограмму депутата А. А. Бубликова о том, что поезд литера А прибудет в 11 часов 25 минут к царскому павильону.
Встречать поезд приехали: начальник царскосельского гарнизона полковник Кобылинский, комендант Царского Села полковник Манцев, командированный из Государственной Думы прапорщик Вахтатдзе, член временного комитета Царского Села поручик Кальтенберг, корреспонденты газет и около 20-ти солдат.
В 11 час. 30 мин. поезд литера А прибыл к павильону. На платформу вышли находившиеся в павильоне. У большинства солдат на шинелях красные ленточки. У некоторых кокарды обернуты красной материей. У прапорщика Вахтадзе красная повязка на рукаве.
Поезд, подходя к платформе, замедлил ход. Вагон, в котором находился Николай II, остановился как-раз перед входом в павильон. Двери вагона растворились, и вышел бывший император. Он был бледен и безучастен. Быстро шагая, почти бегом, наклонив голову и опустив глаза в землю, ни на кого не глядя, Николай II прошел через вестибюль к автомобиле. Некоторые офицеры отдали ему честь. Из солдат никто чести не отдал.
Войдя в автомобиль, Николай II откинулся в глубь его, как бы желая скрыться от взглядов толпы. Вслед за ним в автомобиль вошел кн. Долгоруков.
Автомобиль помчался к Александровскому дворцу. Сопровождавшие бывшего царя разместились в поданных к царскому павильону придворных экипажах и также направились во дворец. Следом за ними в автомобиле поехали начальник гарнизона, комендант Царского Села и член временного комитета Царского Села.
В АЛЕКСАНДРОВСКОМ ДВОРЦЕ.
Приехав в Александровский дворец, Николай II прошел в предназначенные для него покои. Здесь ему было объявлено, что ему воспрещается какое бы то ни было сношение с внешним миром. Переписка подвергается контролю. Разговоры по телефону воспрещаются.
Сопровождавшим Николая II было объявлено, что они могут впредь до распоряжения временного правительства оставаться в Александровском дворце, при чем им также воспрещено всякое сношение с внешним миром.
Николай II выразил желание увидать Александру Федоровну и детей. Это ему было разрешено.

Вопрос о дальнейшей судьбе Николая II остается открытым.
Существовало предположение отправить его в Англию, где у него имеются родственники. Но этот план встречает возражения. Отрекшийся царь знает наши военные тайны, и было бы опасно выпускать его из России. Николай II из Англии может переехать в другое место и сообщить секретные сведения нашим врагам.

Охрана царскосельского дворца, в котором ныне находится лишенные свободы Николай II и Александра Федоровна поручена 1-му стрелковому полку.
Полк расположен вокруг дворца в полном составе, со всеми офицерами во главе.

1917-N55-s1

Газета Русское Слово, № 55, Пятница, 10-го (23-го) марта 1917 г., 4 страницы

4 марта 1917 года

ОТРЕЧЕНИЕ НИКОЛАЯ II.
Обращение к народу Великого Князя Михаила Александровича.
Манифест.
БОЖИЕЙ МИЛОСТЬЮ МЫ, НИКОЛАЙ ВТОРОЙ, ИМПЕРАТОР ВСЕРОССИЙСКИЙ, ЦАРЬ ПОЛЬСКИЙ, ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ФИНЛЯНДСКИЙ И ПРОЧАЯ, И ПРОЧАЯ, И ПРОЧАЯ.
ОБЪЯВЛЯЕМ ВСЕМ НАШИМ ВЕРНОПОДДАННЫМ:
В ДНИ ВЕЛИКОЙ БОРЬБЫ С ВНЕШНИМ ВРАГОМ, СТРЕМЯЩИМСЯ ПОЧТИ ТРИ ГОДА ПОРАБОТИТЬ НАШУ РОДИНУ, ГОСПОДУ БОГУ УГОДНО БЫЛО НИСПОСЛАТЬ РОССИИ НОВЫЕ ТЯЖКИЕ ИСПЫТАНИЯ. НАЧАВШИЕСЯ ВНУТРЕННИЕ НАРОДНЫЕ ВОЛНЕНИЯ ГРОЗЯТ БЕДСТВЕННО ОТРАЗИТЬСЯ НА ДАЛЬНЕЙШЕМ ВЕДЕНИИ УПОРНОЙ ВОЙНЫ.
СУДЬБА РОССИИ, ЧЕСТЬ ГЕРОЙСКОЙ НАШЕЙ АРМИИ, БЛАГО НАРОДА, ВСЕ БУДУЩЕЕ ДОРОГОГО НАШЕГО ОТЕЧЕСТВА ТРЕБУЕТ ДОВЕДЕНИЯ ВОЙНЫ ВО ЧТО БЫ ТО НИ СТАЛО ДО ПОБЕДНОГО КОНЦА. ЖЕСТОКИЙ ВРАГ НАПРЯГАЕТ ПОСЛЕДНИЕ СИЛЫ, И УЖЕ БЛИЗОК ЧАС, КОГДА ДОБЛЕСТНАЯ АРМИЯ НАША, СОВМЕСТНО СО СЛАВНЫМИ СОЮЗНИКАМИ НАШИМИ, СМОЖЕТ ОКОНЧАТЕЛЬНО СЛОМИТЬ ВРАГА.
В ЭТИ РЕШИТЕЛЬНЫЕ ДНИ В ЖИЗНИ РОССИИ ПОЧЛИ МЫ ДОЛГОМ СОВЕСТИ ОБЛЕГЧИТЬ НАРОДУ НАШЕМУ ТЕСНОЕ ЕДИНЕНИЕ И СПЛОЧЕНИЕ ВСЕХ СИЛ НАРОДНЫХ ДЛЯ СКОРЕЙШЕГО ДОСТИЖЕНИЯ ПОБЕДЫ, И, В СОГЛАСИИ С ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМОЙ, ПРИЗНАЛИ МЫ ЗА БЛАГО ОТРЕЧЬСЯ ОТ ПРЕСТОЛА ГОСУДАРСТВА РОССИЙСКОГО И СЛОЖИТЬ С СЕБЯ ВЕРХОВНУЮ ВЛАСТЬ.
НЕ ЖЕЛАЯ РАССТАТЬСЯ С ЛЮБИМЫМ СЫНОМ НАШИМ, МЫ ПЕРЕДАЕМ НАСЛЕДИЕ НАШЕ БРАТУ НАШЕМУ, ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ МИХАИЛУ АЛЕКСАНДРОВИЧУ. БЛАГОСЛОВЛЯЯ ЕГО НА  ВСТУПЛЕНИЕ НА ПРЕСТОЛ ГОСУДАРСТВА РОССИЙСКОГО, ЗАПОВЕДУЕМ БРАТУ НАШЕМУ ПРАВИТЬ ДЕЛАМИ ГОСУДАРСТВЕННЫМИ В ПОЛНОМ И НЕРУШИМОМ ЕДИНЕНИИ С ПРЕДСТАВЛЕНИЯМИ НАРОДА В ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ НА ТЕХ НАЧАЛАХ, КОИ БУДУТ ИМИ УСТАНОВЛЕНЫ, ПРИНЕСЯ В ТОМ НЕНАРУШИМУЮ ПРИСЯГУ ВО ИМЯ ГОРЯЧО ЛЮБИМОЙ РОДИНЫ.
ПРИЗЫВАЕМ ВСЕХ ВЕРНЫХ СЫНОВ ОТЕЧЕСТВА К ИСПОЛНЕНИЮ СВОЕГО СВЯТОГО ДОЛГА ПЕРЕД НИМ ПОВИНОВЕНИЕМ ЦАРЮ В ТЯЖЕЛУЮ МИНУТУ ВСЕНАРОДНЫХ ИСПЫТАНИЙ И ПОМОЧЬ ЕМУ, ВМЕСТЕ С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ НАРОДА, ВЫВЕСТИ ГОСУДАРСТВО РОССИЙСКОЕ НА ПУТЬ ПОБЕДЫ, БЛАГОДЕНСТВИЯ И СЛАВЫ.
ДА ПОМОЖЕТ ГОСПОДЬ БОГ РОССИИ.
На подлинном собственною его императорского величества рукой подписано: „НИКОЛАЙ“
Скрепил министр императорского двора генерал-адъютант граф ФРЕДЕРИКС.
2-го марта 1917 года, 15 часов. Город Псков.

Как произошло отречение
В Псков прибыли два члена Государственной Думы.
В присутствии генерала Рузского, гр. Фредерикса и Нарышкина за маленьким столиком члены Государственной Думы рассказали царю все то, что произошло в Петрограде за последние дни, и посоветовали ему не посылать с фронтов эшелонов, так как это бесцельно,-все войска, приходящие в Петроград, немедленно присоединяются к восставшим.
— Я уже отдал распоряжение, чтобы эшелоны вернулись, — сказал царь.
После минутной паузы царь тихим голосом спросил:
— Что же мне делать?
— Отречься от престола в пользу вашего сына Алексея, — последовал ответ.
— Мне было бы очень тяжело расстаться с сыном. Я отрекусь от престола в пользу моего брата Михаила. Я подпишу отречение за себя и за моего сына, но пусть Михаил, приняв корону, присягнет конституции.
После этого царю был вручен акт об отречении.
Царь, подписывая свое отречение, по внешности казался совершенно спокойным. Это имело вид, как-будто он подписывает какую-то обыкновенную бумагу.

Приказ генерала Брусилова.
Действующая армия,
3, ІІІ. Генерал Брусилов издал приказ по киевскому и одесскому военным округам, предписав этим округам подчиняться распоряжениям нового правительства.

04-03-1917_N50_s1

Газета Русское Слово, № 50, Суббота, 4-го (17-го) марта 1917 г., 6 страниц